Где верблюд хранит свои большие запасы воды?


Верблюд способен обходиться без воды пять - семь дней

Приведенные показатели относятся к верблюдам-рекордсменам. Но средний верблюд способен обходиться без воды пять — семь дней и переносить потерю влаги до двадцати семи процентов, что примерно составляет четверть его веса. Общеизвестно, что после ежедневного перехода по безводной пустыне верблюд утоляет жажду, напиваясь до отказа, у колодца в очередном оазисе. Но где же он хранит эту воду? Может быть, «канистрой» ему служит желудок или его специальные выемки-карманы?

Лишь в середине прошлого века один французский профессор анатомии сделал вывод, что вода не могла бы в течение многих дней оставаться в желудке свежей, пригодной для усвоения. Кроме того, он заметил, что верблюды после долгого перехода через пустыню выглядят крайне истощенными, похудевшими. Но как только животное утолит жажду, его облик мгновенно меняется.

Словно обновляются все клетки его тела. Вряд ли такое действие оказывает просто свежая вода.

Наблюдательность анатома позволила ему напасть на верный след. Действительно, желудок вовсе не служит верблюду «водяным баком», для спасения от жажды у него имеются совсем другие механизмы. Эта мысль заинтересовала американского зоолога Шмидт-Ниельсена из Дьюкского университета. Во время несложного эксперимента он дал верблюдам напиться до отвала. Одно животное поставило при этом неслыханный рекорд: за девять минут оно поглотило 103,5 литра воды.

Могла ли такая масса воды уместиться в желудке? Шмидт-Ниельсен отверг это предположение. Он установил, что при первом же глотке в организме верблюда включается особый механизм: животное не только восполняет потерянное за долгий переход количество влаги, но и принимает лишние запасы воды, очень быстро распределяя их по всему телу. Процентное содержание воды в желудке верблюда не выше, чем у других жвачных. Так что на самом деле «цистерной» служит все тело животного, и из этого запаса верблюд может за семнадцать дней извлечь около шестидесяти двух литров воды.

Этой водой он медленно, но постоянно утоляет жажду и потому способен долго идти по пустыне, не нуждаясь в водопое. Удивительно, что, хотя в период безводья верблюд сильно теряет в весе, буквально усыхает, кровь его не густеет и потому не затрудняется работа сердца.

Если на долгом пути верблюд не получит возможности пополнить запасы влаги, он может потерять до трети своего веса. Восстанавливая эту потерю, животное способно выпить до ста пятидесяти литров воды. Человеку трудно тягаться в этом отношении с верблюдом.

Человеку, если бы он смог без вреда для себя потерять на жаре до двадцати пяти килограммов своего веса, пришлось бы выпить шестьдесят восемь бутылок минеральной воды.

Однако нельзя сказать, будто верблюд совсем не нуждается в воде. В «зимний» период года в Африке он может неделями обходиться без водопоя, если пасется на тучных пастбищах, где поедает свежую сочную траву или корешки растений. В остальное время он довольствуется самым скромным рационом, например сухой соломой, даже иссушенным колючим, одревесневшим кустарником. Колючки не могут проколоть толстую, жесткую, как подошва, слизистую оболочку пасти животного. Изысканным кормам, таким, как овес, рожь, сено и финики, верблюд предпочитает горькие соленые травы пустыни, охотно поедает и различные крупные растения-галофиты.

Величина горба на спине играет роль двойного показателя: как количества запасенного жира и, следовательно, энергии верблюда, так и стоимости животного, связанной с его физическими качествами. В зависимости от размеров горба цена верблюда растет или падает.

Если сравнить пустыню с огромным песчаным океаном, а оазисы — с островами в этом океане, то верблюда действительно можно назвать кораблем пустыни. Без этих «кораблей» в прежние времена была бы невозможной связь между оазисами, часто удаленными друг от друга на большие расстояния. Это значит, что был бы невозможен обмен мыслями и опытом, а, как полагают, только такой обмен ведет к развитию культур и цивилизаций.

Хотя сегодня один тяжелый грузовик может перевезти по сахарским автодорогам груза столько же, сколько караван из сорока верблюдбв, до сих пор по старым караванным тропам ежегодно проходят десятки тысяч верблюдов. Сохранились и знаменитые соляные караваны. Верблюд — самое дешевое, а подчас и единственное доступное средство транспорта в отдаленных, малонаселенных районах.

Для жителей пустыни верблюд — не только верховое или вьючное животное. Верблюдица ежедневно дает пять-шесть литров молока, которое вместе с изготавливаемым из него сыром служит таким же ежедневным продуктом питания, как в других районах мира почти неизвестный здесь хлеб. Мясо верблюда также идет в пищу. Кроме того, верблюд ежегодно поставляет пять — десять килограммов шерсти, необходимой каждому кочевнику для изготовления войлока, из которого делается юрта или шатер. Из мягкой шерсти, растущей на животе верблюда, вяжут теплые платки. Для походного костерка, на котором часто приготовляют пищу, используется быстросохнущий верблюжий навоз. Из кожи делают мехи для хранения молока, а также мягкие сандалии.

Так что кочевники, приручившие в незапамятные времена дикого верблюда, обязаны «любимцу аллаха» почти всем. Человек и верблюд стали словно одно целое в условиях пустыни.


Гельмут Хёфлинг: «Жарче ада»